Публицистика
Проза
Стихи
Фотографии
Песни
Тампль
Публицистика
Хогвартс
Драматургия
Книга снов
Рисунки и коллажи
Клипы и видео
Проекты и игры
Главная » Публицистика » Loveless: плохое хорошее анимэ


"Loveless"
 
 

Заезжая в город Ё, я становлюсь хикикомори. После статьи про Утену это стало заметно уже не только мне.

И вот серое небо, серые окраины, снег и бетон, перепад температур, атмосферный фронт в голову – и я снова пишу про аниме. В этот раз покороче.

Очень плохой сильно цепляющий “Loveless”
 
 
Почему именно это?
 
Классика жанра. Культовая манга, отличная ролевая модель, шагнувшая за пределы первоисточника. Автор – основоположник жанра сенен-ай. Источник штампов последующего десятилетия. Ну и золотой набор: педофилия, мазохизм, магические поединки, травмированные подростки, истинные имена, Агнцы и Стражи, жертвы и бойцы, идеальный старший брат - сукий сын или святой – тайны, содом и гоморра. Но есть в этом и проблеск истины, о чем будет сказано дальше.
 
 
Общие характеристики
 
Недостатки:

Это инфантильный сенен-ай с неправдоподобными героями, одетыми в драные как бы дизайнерские шмотки, где нет ни одного достоверного взрослого. Все мужские персонажи похожи на женские и внешне, и характером, а все женские – на анекдот в мужском журнале.

Все «дети» в мире «Лавлесс» имеют хвосты и кошачьи уши (кава-аа-й!), причем граница эта не возрастная, а сами знаете какая. По внешнему виду человека в этом мире сразу видно, было у него с кем или нет. То есть, вообще тему взросления и зрелости можно было тут развить куда глубже – бывает же взросление психологическое, ранняя ответственность за родину семью или близких людей, особые обстоятельства для стремительного «роста», или там ниочемные юноши 40 лет в офисах, которые так и не «вырастают». Взрослость – это не доступ к сексу. Но вот тут сложилось так, что миром рулит секс.

Это магический мир, который сделан спустя рукава. Идея отличная, но воплощение – на троечку. Идея в том, что в «нормальный» мир вмонтирован еще один, как в Гарри Поттере, и вот там есть своя волшебная школа Семи Лун, выпускники которой обязаны вести поединки на Словах. Не на готовых заклинаниях – а на Словах Силы, которые они сплетают, как друиды. Это бои на Красноречии. Хреново то, что ни одно слово Силы толком не воплощено (все слито в «Щит!» «Разрыв!» «Отменяю!»), то есть заявка не реализована. И то, что у поединков, которых тут достаточно, нет внятной цели. Зачем люди дерутся, что им с этого? Что это за Семь Лун? Кто и на каком основании туда попадает? Да какая разница, зато смотри, какой хвостик!

Анимэ расходится с мангой, поскольку сняты только первые тома, и с финалом надо было что-то делать. Строго говоря, материала там накоплено еще на сезон-два, но лавка прикрыта – и обосновано. Потому что 50-летняя мангака, придумавшая все это, давно затупила, заспамила все филерами и сладкими спец-выпусками ни о чем, и видно: она сама не знает, к чему все это было, каков конец истории.

Отвратительные перепады в манге от сюжетных частей к бессодержательной бытовухе и леваку, причем прием растянут на года. Реально – на года. Этой штуке более 10 лет, и она до сих пор лениво выходит в одном из журналов. Ее читатели повзрослели на поколение, а ее герои – ни на год.

Скверная рисовка 90-х, где и без того огромные глаза имеют кривую вертикальную радужку. В анимэ это просто бросается в глаза и бесит, бесит! В манге за прошедшие годы стиль претерпел изменения, так что герои плохо напоминают сами себя, и различимы лишь по шевелюрам. Лица и тела у многих из них и без того были одинаковыми.

Отсутствие ярких героев второго плана. Все более-менее заметные стремительно сбились в кучу, а фоновые вовсе провалились в фон. То есть на самом деле претензия должна звучать так: плохая индивидуация героев. Автору очень хочется рассказать о людях – но нет нормальных наблюдений. Главных героев это тоже касается. С развитием сюжета их базовые травмы и проблемы должны бы претерпеть изменения. И они, конечно, претерпели! В чисто женскую сторону безудержного флаффа. То есть проблематика вроде как немного ослабла, что-то наладилось – и все резко инфантилизировались.

На этот случай есть отличный козырь – неправдоподобно жестокий Злодей, который все рушит, не дает налаженному наладиться окончательно. Тут есть такой! Но об этом ниже.

Достоинства:

…Это те же недостатки, но под другим углом.

Например, все «дети» в мире «Лавлесс» имеют хвосты и кошачьи уши, то есть по внешнему виду человека в этом мире сразу видно, было у него с кем или нет. Это проводит границу между взрослыми и детьми по теме секса так определенно, что человечество как бы оказывается разбито на две части, причем дети опасаются и дичатся «что-то утративших» взрослых, а взрослые цинично ни во что не ставят детей. Все полутона становятся выпуклыми, потеря ушей и хвостов для подростка – это способ резко выделиться в крутизну, хвостатая ушастая учительница младших классов выглядит смешной и неполноценной. Кроме очевидного «кавая» хвосты и уши – отличный визуальный прием.

…Инфантильные и неправдоподобные герои «Лавлесс» глубоко и тонко раскрывают серию тем, которые иначе не раскрыть помешает базовое сексуальное напряжение между мужчиной и женщиной. Это маргинальные темы, которым тем не менее есть место в нашей жизни. Воля и доверие, власть над другим человеком, истоки самоотдачи, бездумное подчинение как спасение от душевной боли. Как вообще душевная боль мешает любить и быть любимым. Как любовь зависит от самооценки. Название манги «Нелюбимый» можно перевести и как «не любящий», одним словом - «Лишенный любви». Как случается, что кто-то купается в любви, а кто-то не может взять ее, даже протянутую на блюдце?..

Это магический мир, герои которого обязаны вести поединки на Словах. Не на готовых заклинаниях – а на Словах Силы, как друиды. Топорные односложные слова неэффективны, разит только Поэзия. В японском оригинале имеет значение сложность канзи, которыми перебрасываются противники, то есть сложность понятия – или, возможно, количество символов в слове. В любом переводе это недоносимо. Но эта «вязь слов», в которые оформляется щит или поражающий каст, тем не менее передана. Поединки ведутся по «правилам чести», которые, конечно, можно нарушить – и такие умельцы находятся. Можно физически забить противника, если он повержен. Однако основной упрек главного героя-Бойца, когда в его руку вбивают гвоздь, звучит именно так: «это не артистично!»

Сама система магии в мире «Лавлесс» прекрасна следующим: все Люди Силы тут делятся на Бойцов (люди-оружие) и Жертв (их владельцев). В другом переводе - Страж и Агнец. Бои ведутся только парами, и это парное взаимодействие продолжается за пределами поединков, вернее – оно изначально, а бои – побочное явление. Жертва принимает на себя все поражения в бою, и бой заканчивается только тогда, когда пала Жертва. Поэтому обычно именно в нее целит чужой Боец. Однако Жертва придает своему Бойцу силу, увеличивая ее в два раза. Это и выносливость, и уровень каста. Жертва – стратег, она принимает все решения. Боец – только тактик. И за пределами «взведения боевой системы» Жертва является безраздельным хозяином своего Бойца. Эта пара складывается на всю жизнь, и в ней у людей общее имя, одно на двоих. Имя проступает на телах «само», как только связь налажена.

В школе Семи Лун есть два потока – на одном готовят Бойцов, уча их выносливости, терпению и умению подчиняться, на другом – о котором нам ничего неизвестно – готовят Жертв, которые будут управлять своим партнером, подчинив себе его настолько, насколько смогут.

К достоинствам следует отнести противоречивость основных персонажей, которая углубляет смысл развернутых дилемм в два раза. Это Соби, Сэймей и Рицка.

Анимэ расходится с мангой, поскольку сняты только первые 4 тома, и при этом оно более продумано. Каждая серия названа по аналогии с «лишенным любви» термином, означающим отсутствие чего-либо. В манге подобным образом – «бездыханные», «бессонные», «безликие» называются пары противников, которые приходят за главным героем и ввязываются в бой. Но в отснятых томах этих имен меньше, чем серий – так что прием расширен и очень удачен. И конечно, фирменное слово “Лавлесс” – Endless: бесконечное.

Эта манга бесконечна. Мы не знаем, чем все кончится, и доживем ли до этого вообще. Может быть ее бросят, и она просто перейдет в вечность с отсутствующим финалом.

______________


Очевидно, что надо быть в теме “Loveless”, иначе все голословно.

Самое простое – одноименное анимэ на 12 серий. Там все серое, блеклое, тусклое, мокнут под дождем желтые листья, чернеют высоковольтные линии электропередач, накатывает внезапный мрак, в котором нет границы между небом и землей, а только ветер и снег, разбитые фонари, кровавые бинты и пластырь на порезах, сигаретный дым на остановках, в парках, на балконах, из замерзших пальцев выпадает окурок, в аскетичных квартирах безработные художники, приходит старая боль, стуки в стену, пары гопников в подворотнях с молотком, одним словом – действие происходит в Екатеринбурге. Поэтому я порой пересматриваю его, и испытываю приступы нежности. 

Высший пилотаж – это преодолеть все недостатки и познакомиться с мангой. Она была брошена году так в 2007, но внезапно пополнилась продолжением, где в вале проходняка обнаружен сюжет. Мангу можно читать двумя способами. 1 – подряд, подробно, с возвратом назад, чтоб ничего не упустить, лучше с комментариями читателей, так как коллективное бессознательное рождает правду даже там, где сам автор ее не видит. 2 – избирательно, пропуская повседневность, филлеры и бытовуху. Ориентиром выступают герои с черными волосами. Вот где они есть – надо читать. Там сюжет. 

Суть дела
 
В мире с магическим допущением – некоторые люди в нем Бойцы, а некоторые их Хозяева (они названы Жертвами) – в таком мире обычный японский школьник Рицка 12 лет внезапно получает Бойца – 20-летнего художника Соби. Он получает его по наследству от умершего старшего брата, который был Владельцем (Жертвой) Соби. Соби выполняет приказ, отданный братом Рицки еще при жизни.

Приказ такой: любить младшего брата Рицку и заботиться о нем, а также считать его теперь своим владельцем.

То есть, мы на самом деле в мире символического БДСМа, где главные герои стоят в ситуации парадокса. Хозяин передает зависимого от него «исполнителя» другому, и руководит им даже после своей смерти. Исполнитель вынужден быть верным по приказу, но кто на самом деле является его Хозяином? И, наконец, наследник. Он поневоле становится Хозяином, ведь такова его сущность – но где тогда его собственный «боец», пара, положенная по правилам мира?.. Боец, с которым у Жертвы общее Имя?..
 
Правила мира:
 
Пара Боец/Жертва складывается на всю жизнь, они предназначены друг другу «судьбой» - и поэтому на их телах проступает общее для пары Имя. У кого-то на груди, у кого-то на пальцах, на предплечьях… Перед боем соединение Имен равняется инициализации сил.

Сложившаяся пара с общим именем сильна. Не сложившаяся пара (пара с отсутствующим общим именем) в два раза слабей. Боец может вести бои один (авторежим), но в этом случае он в 2 раза слабей не сложившийся пары, и в 4 раза – сложившейся. Одним словом, показателем силы в паре является именная Жертва.

Бой проводит Боец, который вынужден и атаковать, и защищать Жертву. Все повреждения Бойца и удары принимает на себя Жертва. Она же является источником силы Бойца. Бой закончен, когда пала Жертва.
Очевидно, что большинство атак в боях приходится именно на Жертву. Ее можно сковать (обессилить, прервать ее поток сил к Бойцу), и в конечном счете уничтожить.

Если Жертва уничтожена – убита или доведена до смерти – эта пара прекращает существование. Боец не может существовать без Жертвы, и не может сменить одну Жертву на другую.

Верно и противоположное: Бойца тоже нельзя менять. Все это регулирует академия Семи Лун – место, где проходят подготовку Бойцы и Жертвы. Там человеку подбирается пара. И если что-то необходимо изменить – это тоже сделают Семь Лун и никто другой.

В этом мире, конечно, есть исключения. Существуют «чистые Бойцы» - универсалы, не заточенные лишь под одного человека, не имеющие имени. То есть, они встанут в ту пару, которая будет им дана. Далее вступает в силу правило единственности и постоянности этой связи. Таков Соби.

Универсальных Жертв, вроде как, не существует. Но есть Сильные Жертвы – которые могут потянуть сразу двух Бойцов (гипотетически платя за обоих). Собственного и универсала. Таков Сэймей – погибший старший брат Рицки.
 
 
 
…Итак, ситуация парадокса. В ней есть сильный христианский отголосок церковных воззрений на брак: да будут двое одной плотью на веки вечные, походы налево и швецкие семьи грешны. И сильный самурайский мотив верности господину, как уже говорилось. Проблема истинного служения проходит по психике Соби и явно ощущается Рицкой, который отчаянно любит старшего брата Сэймея, верит его дарам, но… владеть человеком?
 
А вокруг – надо понимать – обычный пригород, серая осень, школа, уроки, кафе и столовые, мечты одноклассников о выходных. Рицка – замкнутый ребенок-интроверт, который растет в неполной семье. Не рассказывается причина отсутствия отца (в манге он появляется мельком), однако по серии намеков видно: мать Рицки страдает тяжелым психозом, и началось это не вчера, так что отец постепенно растворился в окрестном социуме. Мать давно забросила воспитание детей, старший вроде как играл в компьютерные игры, а младшего она просто не узнает. Смерть брата лишила Рицку человека, к которому можно было обратиться за помощью.

Рицка посещает психолога. У него амнезия – он не помнит своего детства, и все вокруг говорят, что два года назад он стал совершенно другим человеком. Мать считает, что Рицку подменили. Гонит «нынешнего» Рицку вон, требует вернуть «прежнего». Воспоминания о самоубийстве брата мучительны. Задача психолога – примирить Рицку с ним сегодняшним, ведь быстро растущие подростки часто отчуждаются сами собой, не узнают себя и своих желаний. Но у Рицки действительно травма: он не верит, что не забудет еще что-то, не верит сам себе, и потому создает «воспоминания» с помощью фотографий. Это его способ удержать мгновенье.

На самом деле у Рицки одна проблема – с Доверием. Он не верит фальшивому дружелюбию, внешним знакам приязни, не верит словам о любви, не верит учителям, не верит в прочность мира вокруг. Отгораживаясь от сверстников, он на перемене читает Ницше. Совершенно неудивительно – ведь именно Нишце поднимает вопрос и о сверхчеловеке, и о воли к власти, и о культе индивидуальности. О той проблематике, с которой Рицка скоро столкнется лицом к лицу.

Главные герои
 
Идеальный старший брат – Аояги Сэймей. Истинное Имя – Возлюбленный (Beloved). На начало истории мертв, но управляет волей и чувствами остальных. Сильнейшая Жертва.
 

___________________________
 
Агацума Соби. Сильнейший Боец-универсал, состоит в паре Возлюбленных (Beloved), безраздельно привязан к своей Жертве - Сэймею. По статусу – ронин. В жизни студент-художник.


____________________________
 
Аояги Рицка. Обычный японский школьник. Наследник старшего Брата, Жертва. Истинное имя – Нелюбимый.


 
Сюжет

Как и было сказано, обычный японский школьник Рицка 12 лет внезапно получает Бойца – 20-летнего художника Соби. Соби выполняет приказ, отданный погибшим братом Рицки еще при жизни – любить и защищать младшего брата. Как позже выясняется – от деятелей академии Семь Лун.
Соби является перед Рицкой и сходу заявляет, что любит его. Что они должны создать связь друг с другом, что Рицка – смысл его жизни. Внезапно возникает пара магических противников, требует Рицку в ту академию, где учился его умерший брат, а Соби приговаривается к смерти как «утративший честь», так как он сменил владельца.

Следует бой на Словах Силы, Соби сражается один, так как Рицка не в теме, просто стоит за подолом модного собиного пальто. Соби выигрывает и клянется всегда защищать Рицку даже ценой жизни. Но вот незадача: Рицка все четче понимает, что Соби ему завещан, и вся эта любовь и защита – просто следствие верности другому человеку. Нежность, теплая рука поддержки, готовность исполнить любую прихоть, мощные слова о преданности, принадлежности и связи – какова их цена, если это просто чужой приказ?..

Это ад и боль, и доверия быть не может. Соби – «закрытый» персонаж, который лжет, как взрослый, умалчивает, как взрослый, и обольщает, как взрослый. И владеет магией слов. Ему хочется верить, но не можется верить, а противники прут и прут. Так что приходится вставать в пару и биться, совместно переживая и раны, и триумф. Соби уже завладел воображением Рицки, кроме того, он не оставляет шанса на обдумывание ситуации - ждет у школы, провожает домой, вручает мобильник со своим номером, вечером через балкон заходит в комнату, желая доброй ночи. Его присутствие мягкое, ненавязчивое, почти извинительное, но – постоянное. Поцелуй на сон грядущий, внезапное родство. Он действительно рядом каждый день, словно у него нет ни личной жизни, ни собственных планов, ни работы, ничего. Он красив, скрытен, печален, он полностью отдает себя в распоряжение мальчика. Но проблема в том, что на самом деле Соби не принадлежит себе, и все его действия – отражение чужой воли. Поэтому любые слова и поступки Соби для Рицки фальшивы, он не верит им и ненавидит за это и Соби, и себя. Недостойного любви. Нелюбимого.

Кстати, именно Соби рассказывает Рицке об Истинных Именах. Они даются еще до рождения. Прекрасный, идеальный Сэймей – старший брат Рицки и его кумир – носил имя «Билавед», Возлюбленный. А он, Рицка – «Лавлесс», Нелюбимый. Какое ужасное, отвратительное имя! Нельзя ли его поменять?..

Нет, нельзя. Потому что, строго говоря, имя – это не только судьба, как говорят изобретатели магических миров, имя – это характер. Рицка, разум которого противится идее «лишенности любви», на деле ведет себя именно как человек, которого не любят и никогда не смогут полюбить. Он винит себя в сотне вещей – в истериках своей сумасшедшей матери, которая его избивает, в том, что он не так идеален, как старший брат, и никогда его не заменит, в том, что он "не тот, кого любит мама", в том, что ему надо посещать психолога, одним словом, в том, что он – неформат. Он слишком взросл для своих лет, поэтому он берет на себя ответственность за поведение матери, он не осуждает ее, напротив – выгораживает, замалчивает правду, но облегчение не приходит, ситуация не меняется. Вера в «лучшее» никак не оправдывает себя, остается привычный терпеж. Рицка не может принять дружбы дуры-одноклассницы, его не интересуют сверстники и их тупые приколы с разборками. На самом деле Рицка не верит, что может интересовать кого-то сам по себе. Это очевидно: психолог занят им по долгу службы, учителя – то же самое, одноклассница подкатила к нему под нажимом сверстниц, так как он «проблемный новичок» и вызывает у них любопытство, мать вообще считает его кем-то другим, она привязана у «прежнему Рицке». И вот теперь Соби – венец проблемы. Человек, который затронул чувства и вызывал к себе подлинный интерес – а на деле те же яйца, вид в профиль.

Однако в магическом мире жуткое имя – не редкость. Вот есть, например, «Бездыханные», а есть «Бескровные». Их должно утешать то, что такое имя – общее на двоих. Они не одиноки.

Рицка же совершенно один. Что бы ни говорилось - магия мира не отвечает Рицке взаимностью, в нем нет второго "Нелюбимого", и это значит, что мир продолжает предавать Рицку. А каковы отношения с магией мира у Соби?..

Соби – уникум, он «чистый боец», боец без предрешенной пары и без имени. Поэтому, когда ему выдали его Жертву – Сэймея – тот вырезал имя «Возлюбленный» у Соби на шее. Имя должно быть у обоих, и если оно не появляется – делу надо помочь. Поэтому Соби носит на горле бинты и предпочитает водолазки.

…Нехорошее подозрение появляется и пропадает. Нет-нет, Сэймей не мог! То есть мог, наверное – но исключительно потому, что так хотел Соби. Соби же хочет принадлежать, таков его долг и удел. Соби неоднозначно относится к боли. Она ему вроде как нужна. Она – доказательство его принадлежности, его память, доказательство качества его работы как Бойца, доказательство его связи с владельцем. Сэймей просто пошел у Соби на поводу.

Однако смерть Сэймея окутывает тайна. Это, конечно, не самоубийство – обгорелый труп, одетый в школьную форму, нашли за партой на месте Рицки. Какая жестокая ирония. Полиция не смогла ничего доказать и закрыла дело.

Рицка находит завещание Сэймея в одной из папок компьютера, и там значится: «Если ты читаешь это – значит, я убит. Меня убили Семь Лун. Оставляю тебе своего Бойца».

Соби мог бы многое сказать о Семи Лунах – но на нем клятва молчания. Очередной приказ Сэймея. Это несправедливый и неудобный приказ - но для Соби он безусловен. Рицка обожает брата – поэтому слова Соби о том, что Сэймей всегда будет для него единственным, одновременно и ранят и радуют. Сперва более радуют, воспринимаются как норматив. Потом более ранят, словно их срок прошел. Рицка клянется отомстить, что весьма способствует его боевым навыкам. В постоянных битвах его связь с Соби крепнет. Рицка постепенно убеждается, что нужен Соби сам по себе. Хотя бы на проф.уровне.

Проходит много времени в метаниях, сомнениях и побочных сюжетах, пока не становится очевидно: Сэймей жив. И у него есть План. Он нападает на школу Семи Лун и лишает зрения ее директора. Того человека, который тренировал Соби и выковал из него то, что мы видим. Очень тревожно то, что у Сэймея есть другой Боец. Истинный – то есть именной. Некто Нисей. И обращается с ним Сэймей, как с отбросом. 

Нисей, боец Beloved, с Истинным Именем на руке:

Вообще говоря, история братьев очень похожа на историю Саске и Итачи, недаром их постоянно сравнивают. Но есть и различие. Итачи в конце концов оказывается гениальным стратегом во имя добра. А Сэймей – гениальный манипулятор во имя зла. Хотя история не закончена – динамика пока именно такая. 

Появление Сэймея на сцене очень обостряет вопрос с Соби и его верностью. «Если бы Сэймей приказал тебе убить меня – что бы ты сделал?»..

Вопрос имеет основания: Нисей, боец Сэймея, приходил к безумной матери Рицки и заводил разговор в таком роде: если мать избавится от Рицки – Сэймей вернется.

- Я исполню его приказ, - говорит Соби. Рицка погружается в ад. Ему уже не важны последующие слова Соби: "...и после этого буду вынужден умереть". Он чувствует себя гораздо хуже, чем в начале, когда все было неясно, и он просто мучил себя рефлексией.

И, конечно, Сэймей заявляет на Соби права. Это страшная в своей разоблачительной наготе сцена. Волевой властный голос, которому никто никогда не отказывал. «Возлюбленный» - тот, кого нельзя не любить, просто потому что он этого не позволит. Заставит, вынудит, возьмет силой, измором, обаянием, сотней приемов, а главное – уверенностью в собственном праве. Неважно, будет ли это любовью или подчинением, результат всегда один. Сэймей берет, что хочет. И поникший Соби, отдавший свою волю в руки человека, принципы которого его не волновали, следует за "Возлюбленным". Единожды данная Клятва не ржавеет.

«Любовь и ненависть – это всего лишь чувства. Одно становится другим, и оба недолговечны. Вечен лишь Контроль».

Рицка – искренний ребенок, заботящийся даже не о себе, а о целостности Соби – как бы он ни кричал и ни хватал товарища за рукав – обречен. Соби уходит. Он будет несчастлив, но таков Долг.

- Зачем ты делаешь это, Сэймей? – спрашивает Соби, у которого есть все права на ответ: он поэтапно следовал инструкциям, и оказался в заднице.

- Но ведь это ты бросил Рицку! – цинично отвечает Сэймей. И тут вторично закрадываются подозрения. С одной стороны – зло не требует объяснения, оно иллюстративно. Сам сказал – сам отменил – кто-то помучался. Профит!

Но с другой стороны – в этом мире магических допущений правила могут быть нарушены, и кара за это не грядет. То есть - магическая кара. Мир не мстит за отступление от правил. А человеческая рука может и не достать.

Нет ли в словах Сэймея потусторонней правоты, не проверка ли это на прочность, не ждет ли он на самом деле, когда в Соби прорежется его собственный бунтарский голос? Собственная воля? Соби достался Сэймею сломанным. Это сделал с ним его учитель, директор Семи Лун. Мстя Семи Лунам – не сделал ли Сэймей финалом своей мести Соби, самого сильного Бойца из всех?

Это касается другого вопроса: любит ли Сэймей своего брата. Но мы этого не знаем.

Соби. Безупречный (Flawless)
 

Невозможно понять очарование мира “Loveless” и его основное напряжение без подробностей о Соби. 

Некоторые считают Соби настоящим главным героем “Loveless” – и это справедливо: Рицка при всей его важности в сюжете – довольно обычный персонаж. Вполне ожидаемый, с классическим набором проблем. Сэймей проходит трасформацию от идеализации до демоничности – но лишь потому, что наконец выходит на сцену, и мы начинаем видеть его не глазами Рицки, а собственными. Не исключено при этом, что трасформация эта не закончена, как не закончена и история. Пока мы не знаем мотивов Сэймея – мы видим его искаженно. С пониманием же движущих мотивов оценка делается более объемной.

А вот мотивы Соби нам известны, и кроме того у него есть прошлое, создающее перспективу. Это очень целостный, и в нужных местах противоречивый персонаж. Единственный из всех героев «Нелюбимого», кто может оказать решающее влияние на сюжет. Не созданными им обстоятельствами, а единственно своим Выбором. Выбор остальных героев предрешен.

Но привлекает в Соби не это. Соби – икона мазохизма. И на его примере вообще все в этой теме делается ясно. 

История Соби начинается с его родителей. Судя по всему, мать Соби была Бойцом и составляла пару некому Минами Ритцу – директору академии Семи Лун. Что не помешало ей выйти замуж. Мы не знаем причин аварии, в которую попали родители Соби, когда ему было 5 лет – может быть, это было обычное дело, а может магическое и боевое. Но факт остается фактом: Соби остался сиротой, и директор Ритцу взял его себе. На воспитание. 

Видимо, у матери Соби был очень высокий уровень владения Силой – просто так в пару к директору не попадают, и просто так директорами не становятся. Может быть, Ритцу возглавил Семь Лун после того, как утратил своего Бойца. Не можешь танцевать – ступай в педагоги. В любом случае, Ритцу возлагает на Соби особые ожидания. Он знает, чего от него требовать, потому что знает его потенциал: это алмаз, который надо лишь огранить. Из Соби выйдет уникальный Боец, самый сильный из всех, сильнее искусственно созданных Зеро (результат генных экспериментов).

Надо сказать, Соби не только становится личным детищем Ритцу – они и внешне на одно лицо. С возрастом это делается угрожающим. Персонажи так похожи, что различаются лишь неприметными деталями: форма стекол в очках, длина волос. Оба длинные, вытянутые, с треугольными подбородками, сероглазые, светлые волосы скрывают выражение лица. У лиц одинаковые черты. Одинаковые светлые артистичные руки. Это дает жизнь многим подозрениям о происхождении Соби. Но ни одно из них не подтверждается, как и не развеивается.

Детство: 

Результат:

Соби – человек, который дублирует историю Рицки в ее основных чертах. Он интроверт, он естественно послушен родительской фигуре, хотя эта фигура причиняет ему и моральную, и физическую боль. Учитель хладнокровно применяет к Соби радикальные методы воспитания, включающие практику непривязанности – это необходимо «чистому Бойцу», который должен будет привязаться лишь к своей Жертве, на которую ему укажут - и физический тренинг: умение выносить боль. Боец, не умеющий терпеть, станет трусом и сойльет свою Жертву, а Боец, не понимающий природы боли и не умеющий слушать свое тело – обречен на проигрыш. Преданность, - говорит учитель, - это способность посвятить своей Жертве и разум, и душу, и тело. И делать это надо молча.

 

Image Hosted by PiXS.ru

Кровь, кнут, деревянные застенки дадзё. Равнодушная рука наставника скользит по шрамам. Запомни это, запомни то. Скупое поощрение. На стене учительского кабинета – коллекция бабочек. Прекрасные и совершенно беззащитные создания, которых так легко поймать и наколоть на булавку. Всю свою жизнь Соби будет их презирать, и всю свою жизнь он будет рисовать их, потому что Красота сильней отчаяния. Потому что именно такой бабочкой он видит себя сам.


…Потому что они – единственное, что он видел, держа руки на стене, пока наставник испытывал его на прочность. Этот экзамен Соби сдал на отлично. Гораздо трудней оказывается контролировать душевную жизнь ученика. Взрослея, Соби проявляет неожиданные интересы: его увлекает живопись.

- Что ж, - говорит Минами Ритцу. – Неплохо. Впрочем, художником ты никогда не станешь. Твой путь – сражаться и вручить всего себя своей Жертве.

В своем подростковом ушасто-хвостатом возрасте Соби оказывается слишком взросл для своих лет. Поэтому он берет на себя ответственность за поведение наставника, он не осуждает его, напротив: выгораживает, оправдывает, бездумно подчиняется. На самом деле он надеется, что если все будет сделано правильно, безупречно – его ждет счастье.

Еще больше БДСМа!

Как вскоре выясняется – это счастье стать Бойцом своего наставника Минами Ритцу. Единственного близкого человека. Вроде как к этому все и шло, иначе, зачем такие вложения? Как бы не старался Ритцу «отдалить» от себя ученика, залить его рациональным холодом, напичкать самурайским кодексом – все оказывается бессильным перед чужой душой с ее страстями. Соби – очень страстный человек, которого научили скрывать свои чувства и желания прежде, чем он понял сам себя.

Но вот наступает миг ясности: наставник подобрал безымянному Соби идеальную Жертву, вместе они составят сильнейшую пару академии.

- Но… Я думал, что это будете Вы! – вырывается у Соби.

- У меня уже есть Боец, - отворачивается наставник.

- Мертвый!

- Это ничего не меняет.

- Вы… Вы просто боитесь дать мне Свое имя! – кричит Соби, глядя в пол.

- Я не боюсь, Соби.

Вот и все, очень информативно. Значит, надо смириться. Но облегчение не наступит. Вера в «лучшее» - в глубокую взаимную связь с Жертвой, основанную на разделенных чувствах, на ощущении полноты - не оправдает себя.

…Сэймей прекрасен. Улыбчивый 14-летний подросток, который сразу берет быка за рога. Его харизма, уверенность и воля делают манифестацию силы четкой и весомой: Соби подчинен, наверное Сэймей был отличником.

Позже, когда герои повзрослеют, станет понятно, как Жертва управляет Бойцом. Она делает это с помощью голоса. Этот голос может либо гипнотически завораживать, либо просто перекрывать для Бойца все иные раздражители, как взрыв бомбы, задавая импульс действия. Сэймей мастерски владеет голосом, причем под внушением оказывается не только его Боец, но и - в меньшей степени - все непосредственные свидетели сцены.

«Если ты любишь меня – не печалься, позволь любить тебя в ответ, позволь мне быть свободным… не удерживай меня…не приказывай мне… не неволь меня… не убивай меня… если ты правда любишь меня – прошу тебя, выбери меня из всех! Отдай мне всего себя. Пожертвуй ради меня жизнью, всегда прощай меня – если ты любишь меня…»

Это заклинание работает в устах Сэймея с разрушительной силой.

В момент встречи с Сэймеем Соби «взрослый»: ему 17 лет, хвост и уши отсутствуют. Совершенно не ясно, где и с кем в закрытом интернате можно было утратить «детство», поэтому обилие подозрений в сторону наставника Минами Ритцу понятно. Его обвиняет в этом коллега по школе, возмущенно наседает: «Это только потому, что он похож на мать?!» – Ритцу отвечает лишь «Ну что ты так кричишь?» . В любом случае, важно следующее: Соби тот человек, у которого познание физической стороны любви предшествовало стороне эмоциональной. Он технически «готов», но психологически – вряд ли.

Соби искренне стремится оправдать доверие в паре с Сэймеем, ведь встреча Бойца и Жертвы для каждой из сторон – эпохальное событие. Но время идет, а взаимного контакта нет. Истинное Имя, которое носит Жертва – «Возлюбленный» - на теле Соби не появляется. Сэмей относится к Соби как к инструменту, с легким пренебрежением, что, в общем, логично. И вот момент истины. За сорняками, за академическими сараями, в каких-то досках – вопрос: ты же хочешь принять, наконец, Имя?.. Я вырежу его у тебя на шее, вот тут, это будет как ожерелье… «Да, конечно», - отвечает Соби.

- Ты хочешь, чтобы я сделал это больно или безболезненно? – складной нож раскрывается.

- Пусть будет больно, - говорит Соби. – Это будет значить, что я действительно принадлежу тебе. Боль – это память.

…Имя “Beloved”, вырезанное на коже, как на древесине, оказывается не единственным: шею Соби дважды окольцовывает терновник. Видимо, Сэймей был не только отличником, но и художником. Все изуродовано на славу.

Image Hosted by PiXS.ru

Когда впоследствии знакомые ужасались, либо авторитетно утверждали, что Соби мазохист – он всегда говорил одно и то же: «Я ненавижу боль». Но как же объяснить все вот это, Соби?.. Твой Сэймей – гребаный извращенец! «Это мой долг».

Эта рана, как позже выясняется, не заживает. Она открывается всякий раз, когда Соби «идет против собственного имени» - то есть против “Beloved”. Знал Сэймей или нет, что в жизни Соби такой момент наступит и сам Сэймей будет причиной этого – он по сути дела надел на Соби ошейник.

…Строго говоря, в мире «Лавлесса» такая резьба по человеку – не уникальное явление. Мы видим много бойцовых пар. В одной из них имя «Бескровный» вырезано у Бойца на щеке. Но есть и закономерность: так происходит лишь тогда, когда Жертву не устраивает ее Боец, он ей параллелен, он был выдан ей силком, она не собирается в него эмоционально вкладываться. Это – вещь, и она должна быть тупо помечена.

Именно так и обстоит дело у Соби с Сэймеем. Формально они становятся самой успешной и сильной парой, они непобедимы. Но внутри этого союза царит холод и ложь. Сэймей хладнокровно играет с чувствами окружающих его людей, и преданный Соби ему удобен. На самом деле параллельно у Сэймея образует второй Боец – именной, «сужденный судьбой». И очевидно, что такая богоданная пара куда эффективней, чем искусственно созданный вариант. «Такие универсалы, как я, - говорит Соби, - на самом деле всегда запасные. Они на вторых ролях. Но это ничего не значит: я признаю Сэймея своей единственной Жертвой». Нет ничего хорошего в универсальности – сильное место стало слабым.

Однако, как бы ситуация ни выглядела с точки зрения Соби – объективная картина такова: своего именного Бойца Нисея Сэймей держит за мусор. Он отлично обработал его в самом начале, купил тонкой красивой манипуляцией, очаровал, взял под контроль, и как только стало ясно, что дело сделано – обесценил. Он помыкает им, посылает шпионить за братом и матерью, бросает в бою одного, приказывает биться в авторежиме. «Разберись с этим – у меня есть другие дела!» Значит ли это, что Соби на самом деле Сэймею дорог?

Даже если это так – ценность Соби в любом случае не выходит за рамки его технических характеристик. Соби действительно самый сильный Боец, прекрасно вышколенный и безупречный. Вернее сказать – безответный. Проблема в том, что «Возлюбленный» Сэймей в принципе не умеет любить. На самом простом, бытовом уровне.

Поэтому драма «Beloved» получила закономерное продолжение в передаче запасного Бойца на сторону. Это красиво и разумно только в том случае, если мы полагаем Сэймея погибшим. Молодец, благородный стратег – сам погибай, а товарища выручай. Последний наказ – защити то, что мне дорого. Но эпическая высота была мнимой. Сэймей замыслил месть, он имитировал свою смерть, и выбросил Соби с широко раскрытыми глазами.

…Конечно, чтобы потом его вернуть по Праву. Может быть, дело в магических законах, благодаря которым раз созданная связь нерасторжима, а может это просто планирование. Хорошо работающую технику не забывают навсегда, ее просто сдают в аренду.

Пока Сэймей полагался мертвым, с Соби произошла перемена. Он… ожил. Его друг Кио, проклинавший семейство Аояги и Сэймея лично на чем свет стоит, наконец вынужден был признать: в меланхоличном, отсутствующем Соби проснулась тяга к жизни. Сэймей контролировал Соби не так, как наставник Ритцу: ему было плевать на Собины планы и дела, он ограничивал не его интересы, а его самооценку. Поэтому Соби поступил в какой-то институт на изо и обрел товарища по общежитию Кио. Кио был не в состоянии понять самурайскую проблематику, пачки мрачно выкуренных сигарет, нигилизм, мизантриопию и постоянную готовность сопротивляться «обычной дружбе», но собину психологическую проблему отражал отлично. И вот наконец эти постоянные грабли, на которые наступает Соби, оказались намазаны вареньем.

То есть Аояги-младший, сопляк-господин, неожиданно справился с задачей, и у Соби появилась перспектива. В отличие от «Возлюбленного», у «Нелюбимого» с любовью и человечностью все в порядке. Не в порядке у него с механизмом судьбы, которая подставляет его снова и снова, лишая веры в людей. И потому, слыша слова о любви, Рицка испытывает боль, так как не верит, что эта любовь настоящая.

Соби же не знает настоящей любви – и поэтому всегда предпочитает ей боль, как доказательство сильного взаимного чувства. Однажды выбрав самоотречение, Соби постепенно превратился в машину. Его магия Слов поистине опасна и грозна – как и жестокое лицо в бою. Он не прощает ошибки противника, обращает их в оружие, наполняет новым смыслом, возвращает рикошетом. Он силен как в физических атаках, так и в психологических. Ему совершенно нечего терять, поэтому он бесстрашен и всегда готов к смерти, его раны – его дар Другому, живому или мертвому, как и учил наставник. Однако даже Соби очевидно: без источника Сил, без преданной ему Жертвы он долго не продержится.

И вот – игра случая: Рицка, которого надо научить быть Жертвой и хозяином, иначе о его безопасности можно забыть. Что ж, делай, что должен, и будь, что будет. Похоже, Соби ничего не ждал, без упрека следуя воле своего истинного владельца. Эта воля нарушала правила магического мира: никто не передает своих Бойцов иначе, как после согласование в Семи Лунах, и ставила Соби на порог бесчестья. Менять Жертв запрещено, это позор, и преступник должен быть наказан. Как известно, даже смерть не является весомой причиной для подобного. На Соби начинается охота. Всем вроде бы понятно, что взаимоотношения в сложившейся паре находятся за пределами и добра, и зла, и всевидящего ока академии. Выполнение приказа Бойцом – это добродетель. Но не в таком вопиющем случае.

Очень оживляется директор Семи Лун Минами Ритцу. Он начинает звонить Соби по телефону, требуя явиться на ковер и привести с собой этого Аояги-младшего. Все равно это смешно, детский лепет, пара не состоится, и первая-то в этом смысле вышла не фонтан, что ты делаешь, Соби-кун, ты понимаешь, что это опровергает все устои?..

Может быть, директор, наконец, дозрел?.. Поздно, но понял, что совершил ошибку? Оттолкнул своими руками выкованное оружие? Может быть – но возможно, и нет: ведь мертвых Бойцов не заменяют.

А поскольку Соби рубит словом или отмалчивается, Минами Ритцу начинает слать к нему боевые пары. Очевидно, что Соби не выстоит в одиночку. Директора очень интересует младший брат Сэймея Рицка. Рицку надо привести, даже если это похищение.

Однако есть еще один канал воздействия: компьютерная игра, в которую успешно рубился Сэймей, и на одном из уровней которой он перед «смертью» вроде как оставил Рицке сообщение. Конверт с паролем приносит одна из бойцовских пар. Конечно, это простой директорский план-ловушка, но Рицка так хочет верить и найти имена убийц, что закрывает глаза на очевидное: убийцы же и принесли ему козырь против себя. Далее Рицка входит в игру, и в условленный час на означенном уровне встречает… директора Минами Ритцу. Конечно, в форме дурацкой проекции.

Следует простой диалог:

- Что из себя представляют Семь Лун, которые убили моего брата?..

- Спроси у Соби. Он, разве ничего тебе не сказал?..

- Соби не говорит, он не может.

- О. Но тогда ты должен прийти за ответом в некое место, оно называется «Гоура». Соби-кун знает его. Даже если он не хочет говорить и не хочет идти сам, он отведет тебя.

- Как же он это сделает, интересно?..

- Просто прикажи ему. Прикажи ему отвести тебя.

И, конечно, это срабатывает. Гоура находится в Семи Лунах, это как раз Школа для Бойцов, и Соби везет Рицку в место, от которого тщательно оберегал.

Рицка не понимает, что он сделал. Его ведет неискаженная воля и жажда правды. Боится ли Соби, сидя рядом с водителем в машине, за свою жизнь или честь – он, когда-то признанный всеми Сильнейшим, а теперь носящий клеймо предателя?.. Страшны ли ему разочарование и гнев бывшего наставника? Страшится ли он, что Академия отнимет у него Рицку, и Соби останется только перестать существовать?..

Нет. Это обычная реальность Бойца. Ярлыки и эмоциональные оценки не трогают Соби. Он давно находится за той чертой, где они имели бы значение.

Соби – совершенно точно «Lovelеss», Нелюбимый. Он отвергает свою личность, свою свободу или интересы, отвергает собственную волю, отвергает саму возможность поставить чувство впереди долга-принадлежности. Чужие эмоции падают в него, как в омут, и вязнут в донном иле без отзвука, без тени, без формы, без малейшего движения. Он не дает им права на работу, он не может их разделить, понять, адекватно на них ответить, он глубоко искалечен в сфере чувств. Что-то долго гнулось, пока не сломалось – и срослось неверно. И в результате осознание сферы чувств грозит Соби такой душевной болью, что лучше не начинать. Мучительно понимать, что тебя с самого начала выбрали во имя амбиций, закалили как клинок – и оставили в амбаре. Это лишает жизнь не только вкуса, но и смысла. Поэтому единственная доступная Соби палитра эмоций – это острая жажда нужности и удовлетворение от принадлежности другому человеку. И скрепляется этот союз всегда физической болью. Она – как «воспоминания» Рицки на фотоаппарате – хоть что-то реальное, то, что не забудешь.

Так что да – Соби образцовый мазохист, и его протест делает его мазохизм настоящим. Никто не бывает мазохистом просто для развлечения, по рациональному решению или из-за моды. Это психологическая ущербность, и даже если человек не понимает, не чувствует, что страдает – окружающие, вступающие с ним в отношения, получают по полной программе.

Сэймею такое положение вещей было выгодно. Он отлично отточил на Соби свое умение приказывать и вполне наслаждался властью. Но Рицка начинает париться с первых минут. Нормальный Рицка с его эмпатией не понимает, как можно быть таким вымороженным, однозадачным, скупым на душевный отклик, строить отношения на контроле. Как человек может предпочитать управление собой, как куклой.

Много времени пройдет, прежде чем станет заметна любопытная тенденция: при всей своей «покорности» Соби на деле провокатор. Он, безусловно, не односложный персонаж-терпила, с которым уже изначально все ясно, и развития не будет. Хорошо зазубрив свою жизненную роль – отдавать и не сметь ждать награды – Соби вынуждает окружающих его людей управлять собой с помощью приказов. Это своего рода болезненная игра, которая, однако, тем хороша, что известна. Роль можно играть по накатанному сценарию, не задевая собственные чувства. Мы многократно видим эту игру. Соби сопротивляется чужой просьбе, если она мало-мальски серьезна (то есть не «пойдем гулять» и «встреть меня из школы»). Он игнорирует чужое желание или требование, словно не распознает его, как призыв к содействию - и ненароком берет инициативу в свои руки. С помощью иронии, мягкого давления, трансформации смысла, недомолвок, уклонений, постоянных рефренов, грубого сброса разговора – по телефону или в реальности, когда можно просто развернуться и исчезнуть. Доминантная роль – это действительно его подлинная роль, подлинная позиция. У Соби реально железная воля. В сопротивлении он непобедим. То есть, грубо говоря, он как раз «Жертва» в полном смысле этого слова: стратегическое доминирование и жертвенное поведение. Но жизнь распорядилась так, что Соби выпало не доминировать, а подчиняться. Он полностью отдал себя этому состоянию. Поэтому он не признает проявление собственной воли легитимным. Поэтому в бою ему нужен приказ «сражаться и победить»: в этом случае его воля полностью совпадает с волей приказавшего. Во всех же остальных случаях собственная воля Соби предпочитает маскироваться, и мы наблюдаем игру-противостояние. Соби нельзя упросить. Нельзя намекнуть. Нельзя замотивировать. Ему можно только приказать.

Но и тут не все так просто. Безупречно исполняя приказ, которого сам же и требовал, Соби констатирует: «Ты хочешь относиться ко мне, как к вещи». Ну да, блин. Ни жеста в простоте.

- Ну как же так, Соби?! Зачем ты так со мной?..

- Если ты мной недоволен - накажи меня.

То есть давайте усугубим, потому что на деле добровольное подчинение у Соби отсутствует, его повиновение – это Договор, и поведенческий сценарий у Соби только один. Либо так, как я хочу – либо ты меня уничтожаешь. Не хочешь меня уничтожать – ничего не получишь.

Неверно думать, что мазохисты любят боль, как шоколад, и что они удобны: на них можно ехать, бить их и унижать, делать из них рабов – а им только в радость. Мазохист живет в боли, потому что для него это защитный рефлекс, он спасается болью от саморазрушения. А бездумным следованием приказам – от когнитивного диссонанса и тревоги. Личности, которые когда-либо были обесценены и не смогли найти или вернуть себя чувство собственного «Я», часто попадают в это выхолощенное пространство самых грубых реакций, где быть любимым и быть использованным (на разделочной доске) – одно и то же. Если тебя используют «хорошо» – тебе намеренно причиняют боль, то есть ты не пустое место, ты личность. Бывает, что тебя используют «плохо» - тогда ты просто обесценен без всякой награды.

Мазохистическая структура, как учат нас психологи, закладывается в раннем детстве, когда родительская персона, от которого ребенок зависел, давала все, что способствовало выживанию, одновременно с этим причиняя ребенку много боли.

Люди, длительное время подвергавшиеся насилию, становятся менее чувствительными. Психологический мазохист – это человек, чьи желания и потребности с детства попираются, в результате чего он перестает ощущать свою человеческую ценность.

Признаком психологического мазохизма, наравне с прочими, является поглощенность увлечениями близкого человека («словно нет ни личной жизни, ни собственных планов, ни работы, ничего»), влюбленность в недоступный объект (Учитель; отвергающий социопат; ребенок) и постоянное «спасательство». Это последнее у Соби можно считать просто профискажением, поскольку оно проявляется только рядом с боевыми ситуациями.

Спасения болью можно стыдиться, его можно отрицать. Но никакого удовольствия или удобства в отношениях с собой такой человек не гарантирует.

Очень трудно поддерживать приятную коммуникацию с человеком, который стремится быть использованным – конечно, если вы не садист и не психопат, богоданная пара Бойцу. Потому что если вы не станете использовать такого человека, посчитав это ниже совести – вы никогда его не удовлетворите и окажетесь виноваты. А если станете использовать – вам придется принять его правила игры, и рано или поздно вы будете виновны в том, что «хотите относиться к нему, как к вещи». То есть, вас девальвируют.

 

Конец истории. Endless.

Поездка в школу Бойцов в Семи Лунах - это кульминация сюжета.

Все приезжают к ночи. И вступивший в игру Сэймей, спланировавший нападение на школу (к этому моменту мы знаем, что сам он – один из этих Семи Лун, чем бы они ни были, и что Рицка нужен тут как его замена), и бывшие бойцы-беглецы Зеро, и Соби с Рицкой. В Школе ночная отборочная тренировка: Жертвам и Бойцам надо суметь телепатически найти друг друга, потом Королевская Битва. В беготне и суматохе отказывает охранная система (выведенная из строя снаружи понятно кем), гаснет свет, людей связывают тонкие магические нити-связи, а Соби посещает директора, бывшего кумира.

Cкачать Лавлесс Ночной ветер бесплатно на pleer.com

- Ты видишь эти нити, Соби-кун? – указывает вокруг Минами Ритцу. - Они такие тонкие, но прочные, как фортепьянные струны. А твоя нить?.. Она все еще порвана?..

- Мне нужно нечто большее, - ожидаемо отвечает Соби. – Я хочу толстую цепь.

- Не надо недооценивать фортепьянные струны, бла-бла-бла, - наставительно нудит директор.

Соби курит.

Звонок директорского телефона. Тревога! На территории школы посторонний! Какой ужасный звонок, как он некстати... Ах-ха-ха. Так вот кто этот нарушитель?.. Интересно, он знал, что встретит здесь еще и своего Соби?..

- Сэймей не мертв! – несется из трубки по громкой связи. - Мы не знаем как, но он жив!

- Ну, что будешь делать, Соби? - разворачивается директор. - Теперь, когда ты больше не Боец, когда у тебя нет связующей нити?.. Ответь мне.

- Возможно, я просто исчезну, - кланяется Соби.

- Выглядишь не очень счастливым. Ты боишься?..

- Пойду поищу Рицку, - поворачивается Соби к двери.

- Но как же ты его найдешь? Похоже, ты не «слышишь» его.

- Разве у меня нет ног?.. - говорит Соби через плечо. – Пойду ногами, как все, и найду.

...Просто у меня остались картинки с Соби, которые некуда девать

Директор не просто не страшен для Соби. Он для него даже не авторитетен. Директорские попытки вернуть себе Соби смехотворны и жалки. Много воды утекло, и я не исключаю, что в душе Соби мстит своему наставнику.

В это время по школе рыщет боец Сэймея, которому тот дал приказ привести ему брата. Монолог Сэймея о любви к младшему брату и позиция «в мире существуют только два человека – я и Рицка» социопатичен, и неизвестно, насколько правдив. Тут приходит очередное подозрение, что Сэймей, может, не злодей, а просто болен, как и его мать, может у него расстройство личности, и виновата болезнь, а не характер.

Нисей, верша погром и разрушение, находит Рицку, Рицка в отчаянии призывает Соби, связь срабатывает, и далее мы видим ужасный бой двух Бойцов «Возлюбленного» друг против друга.


Черный и белый – это должно было случиться. Стиль боя - жестокое психологическое избиение, битва за единственность и за смысл прожитой жизни. Нисей очень старается наступить Соби на все мозоли, опустить его ниже травы – ведь его просто выбросили, он теперь самозванец, и даже стоять тут права не имеет. И тут случается полное осознание Рицкой своей роли. Он громко заявляется права на Соби, которого отвергла прежняя Жертва. Это создает перевес сил. Нисей призывает свою Жертву – но Сэмей игнорирует его.

…Потому что Сэймей дошел до директора Семи Лун, чтобы прояснить свой статус.

Начинают вырисовываться детали: оказывается, Сэймея исключили из состава Семи Лун за то, что он «опасен». Сперва взяли за талант, но, видно, тоже поняли, что с психикой не все норм. Сэймей решил затаиться, чтобы застать организацию врасплох и взять реванш, для чего разыграл свое убийство.

- Кого ты убил вместо себя? - сверлит его глазами директор. - Кто пострадал вместо тебя?

- А надо было, чтобы это оказался Соби? – интересуется Сэймей. Это верно - ведь без Соби все уныло и лишено напряжения.

- Я отдал тебе Соби, чтобы ты заботился о нем, а ты его уничтожил!

- На вашем месте я никогда бы не отдал то, что дорого мне, незнакомцу, – трезво говорит Сэймей. - На самом деле, вас не волнует судьба Соби, не так ли?

- Лучше просто подеремся, - говорит директор. – Но неужели мы, оба Жертвы, дошли до такого?..

…Это совершенно другой бой – две Жертвы не могут драться друг с другом иначе, чем с банальным мордобоем. Хотя у интеллигентов и мордобой невозможен – так, хватание за лацканы. Директор в бешенстве.

- Я был нужен Соби и потому смог забрать его, - комментирует Сэймей. – Я слышал ваш разговор, когда впервые пришел сюда. Люди – ужасные существа…

Это удар ниже пояса – он напоминает о том, как Соби просил дать ему Имя, и как Минами Ритцу холодно отказал. Так что дальше дело уже не в кулаках, победитель очевиден.

______________________

Все на всех фронтах заканчивается одновременно. Соби уложил Нисея. Сэймей уложил Директора Минами Ритцу и вырезал ему глаза. Тем самым ножом, которым он «отметил» Соби. Наверное, по мнению Сэймея, Минами Ритцу так слеп, что не заметит разницы.

Пока местные медики делают все возможное - надо найти и остановить преступника. Рыдает влюбленная в директора специалистка по генной инженерии. Что-то спешно чинят сисадмины, хорохорятся Бойцы. Электричество и охранная система прочихались. Теперь можно блокировать все двери, кроме одной – и загнать Сэймея в ловушку.

В свете зажегшихся ламп видна надпись над местом схватки – кровью на стене: «Рицка, я вернулся!» И Рицка, конечно, бежит на поиски. Он не верит, что его брат – чудовище.

А вот и сигнал от датчика – Сэймей в библиотеке. Кто же его убьет?..

- Соби?.. – произносит директор, глаза которого закрыты повязкой.

Image Hosted by PiXS.ru

Это очень рискованный эксперимент. Удивительно, как все, кто в той или иной степени «владел» Соби и предавал его, отвергал, выбрасывал из своей жизни – как все они уверены, что все еще имеют на него преимущественные права. Значит ли это, что Соби действительно является для Минами Ритцу высшей ценностью, и он уверен, что это взаимно? Ведь Сэймей «уничтожил Соби», значит, перегоревший Соби с радостью отыграется. Или это значит, что директор просто решил ускорить неминуемое: Встречу Жертвы и ее Бойца, которых он и поставил в пару? Чтобы поскорей настала ясность?..

Соби идет, и мы не знаем, отчего он подчиняется. И когда встречает Сэймея – просто констатирует: "Я не могу".

«Твоя власть надо мной - безгранична»

- Я хотел взять тебя с собой, - говорит Сэймей, - но вижу, тут все запущено. Ты портишь Рицку.

- Он не должен верить ни одному твоему слову, - возражает Соби. - Он уже достаточно взрослый.

- Рицка меня не боится, а с тобой другой разговор. Тебе придется остаться здесь и носить клеймо предателя. А теперь сделай одолжение – разбей окно. Боюсь, самому мне не справиться… В конце концов ты все еще – мой Страж. Ты обречен всегда выполнять мои приказы.

- Рицка, прости меня… - произносит Соби, и Сэймей спокойно уходит через разбитое окно.

Слушать: Download Masanori Sasaji Hatful of Sorrow for free from pleer.com 

…Бессонная ночь, самоотрицание, вина. Предательство – не принципов магической системы, а доверчивого мальчика. Пусть тот не очень вникает в особенности магического мира и просто хочет быть рядом по симпатии или по привычке – это не меняет дела. Потому что это лишь Начало.

Очевидно, что произойдет дальше. Сэймей заявит на Соби права по-настоящему, как того и требует их связь – и Соби уйдет за Сэймеем. Орущий Рицка останется один. Этого не дано ни предотвратить, ни изменить. Зачем Рицку вообще во все это ввязали?..

«Есть только две вечные вещи на свете. Восход Солнца и повиновение Стража», - это одно из положений мира «Ловлесс», стилизованное под восточную мудрость.

Бесмысленно колеблется маятник сюжета – но в единожды заданной амплитуде. Беспросветно.
Беспощадно.
Бесконечно. 

 

Варианты развития сюжета

1. Тупой: Сэймей, как известно, почти забраковал Нисея. В последних главах, когда его вызвали на бой справедливости, он никак не помогает Нисею. А когда тот падает – бросает вперед более успешного Соби. Соби с очевидностью перестал был запасным вариантом, и стал Главным. Итак, Нисея что-то убьет, не исключено, что и сам Сэймей, которому закон не писан. Соби будет вечно страдать в нерасторжимом браке с Сэймеем. Рицка пойдет нах.

1.1. …У Рицки появится собственный именной Боец.

Все это не интересно.

2. Сладкий: У Рицки прорежется на теле Имя – пубертат скоро кончится. После чего оно прорежется и у Соби. Любовь сотворила чудеса, и универсальный Боец превратился в личного. Сэймей вынужденно пойдет нах.

2.1. Сладкий и гадкий: Имя у Соби прорежется после того, как Рицка отдаст ему свои хвост и уши.

2.2. Сладкий и жестяной: У Рицки прорежется на теле Имя – и Соби вынудит Рицку выжечь на себе это имя где-нибудь в хорошем месте. Недурно кому-то иметь двух Жертв. Может, братья как-то там договорятся?..

2.3. Сладкий и ненакладный: Что-то или кто-то убьет Сэймея. Бог из машины, организация Семь Лун (как ей и приписывали), посланец Директора Минами Ритцу, влюбленная генная инженерша с помощью банды Зеро. Дальше все ясно.

Все это слив.

3. Продвинутый: Сэймей преследует потустороннюю справедливость. В заблокированной памяти Рицки – ключ к разгадке Основной Тайны: к чему все это нам показали, и где может быть развязка. В памяти Рицки скрыта новая информация о мире или о происхождении героев. Дело в том, что Рицка потерял память «два года назад», т.е. в 10 лет. А «смерть» Сэймея, с которым обычно связывается основное горе Рицкиной жизни, произошла в апреле текущего года, т.е. когда Рицке 12. Что за Событие случилось в 10 рицкиных лет, которое он вытеснил?..

Это когда мать сошла с ума, да.

3.1. Очевидно, что в семье обывателей не могут просто так родиться две сильные Жертвы из мира магии. То есть в жизни вообще бывает все, но манга и литература обычно стелют солому кровного наследования («Гарри Поттер» многому нас научил). Мать Рицки Боец или Жертва, слетевшая с катушек после утраты пары?.. Она жертва Семи Лун?.. Это поэтому Сэймей так лихо там оказался в руководящем составе?.. Может это особая фамилия, все члены которой в Семи Лунах на особом счету?.. Нелишне помнить, что мать Рицки не просто не верила в «смерть» Сэймея – она точно знала, что тот жив. Ждала его. А мы считали, что у нее бред. Наверное, она может чувствовать такие вещи не только как нормальная мать, но и как имеющая Связь чует других Бойцов или Жертв.

3.1.1. Бойцом или Жертвой, имеющим отношение к Семи Лунам, является погибший отец Рицки. А тот мужик, которого мы видим в манге – отчим, текущий муж. Отец что-то раскопал/был неправедно убит/он и был парой матери, и после его гибели все заколдобилось, мать дисквалифицировали, а Сэймей стал избранником и мстителем. И Рицка на очереди.

3.1.2. Отец или мать Рицки и были Бойцом директора Минами Ритцу. Отец может быть реально погибшим, а мать «все равно, что мертвой». В этом случае понятно, почему Соби был в пролете. А с его матерью директор просто так крутил, с кем не бывает.

Все это нам мало что дает в основном треугольнике – но важно то событие, которое вытеснила память Рицки. Это если он был Свидетелем.

3.2. Рицка был Участником. Может быть – его память стерта, а не просто так пропала. Семь Лун – адова организация, во многом не свободная от более высокого магического органа. С Рицкой что-то сделали, 15-летнего Сэймея вынудили это принять. Поэтому мать Рицку не узнает. Правильно.

3.2.2. Может Рицка – вообще Боец, потому что он привязчив и хочет быть кому-то нужным. Или способен быть и тем и этим. Может, такие никому не нужны, так как неудобны и создают хаос.

3.3. Всегда помогает Пророчество. Но до времени Рицка знать его не может, поэтому оно запечатано. А Сэймей – знает, и вся история с передачей Соби просто готовит Рицку к чему-то эпохальному.

3.4. По получении новой информации все беличьи колеса останавливаются и начинают вертеться иначе, вперед, к ужасному финалу. Сэймей передал Соби брату, чтоб тот был по горло занят, не искал Сэймея. На самом деле Сэймей ненавидит Рицку за рицкины возможности, завидует ему и должен его ослабить и убить. Может – как положено у японцев – из двух братьев в живых должен остаться лишь один. И Сэймей просто хладнокровно действует по плану. И в должный час отдаст Соби приказ уничтожить Рицку.

3.4.4. Сэймей подчиняет Рицку голосом, как мы видели в конце наличных глав, и постоянно говорит о том, что Рицка должен его прощать. Прощать и прощать. И всегда твердит ему, что любит. Готовит безрадостный финиш?..

3.5. Сэймей действительно считает весь мир клоакой, людей – собачками и хомяками, а себя с Рицкой – единственными Людьми. Поэтому он наебет систему, и уже начал с директора.

4. Трагический. Сэймей развернулся так, что его не остановить. Но сила Сэймея – Соби, которому можно поручить что угодно, и он успешно выполнит это. Соби просит Рицку убить его. «Так я буду принадлежать тебе вечно» или иная высокопарная глупость. Смерть – это долгожданная свобода. Рицка со слезами убивает Соби, порхают синие бабочки, идут слезные флэшбэки. Апофеоз мазохизма. Система ломается.

Нет человека – нет проблемы. 

Подвергнуть себя необдуманной опасности и погибнуть - несложно, и даже последний простолюдин способен на это. Но истинная храбрость – жить, когда жить не хочется, и умереть, когда не хочется умирать.

 

Принц Мито (с)

 _________________

 

Постскриптум
 

 

 
Endless
Загрузка...